Закрыть

Выберите свой город

Закрыть

До слёз. Женщина-инвалид родила «особенного» малыша и почувствовала себя счастливой

До слёз. Женщина-инвалид родила «особенного» малыша и почувствовала себя счастливой

Рубрика «Такая жизнь» продолжается. Открыть её нашей редакции предложила председатель Со­ветской районной организации Белорусского об­щества Красного Креста Татьяна Макарова. Сре­ди её подопечных есть одинокие тяжелобольные люди. Все они очень разные, но их роднит одно: умение противостоять ударам судьбы и при этом не потерять любовь к жизни и веру в людей.

Сколько себя помнит трид­цатилетняя Екатерина Храпу­нова, столько она вынуждена противостоять судьбе. С ран­него детства над ней словно злой рок висит. Другой бы уже сломался под грузом проблем, но не Катя. Да, она порой впа­дает в депрессию, иногда по ночам рыдает в подушку, но с людьми неизменно приветли­ва, доброжелательна и улыб­чива. Более того, она ощуща­ет себя вполне счастливым человеком, живя по принципу «пути к счастью нет, счастье — это и есть путь».

Сколиоз у Кати обнаружили в шестилетнем возрас­те. Болезнь развивалась столь стремительно, что в восемь лет родители вынуждены были от­дать её в специализированную школу-интернат в Костюковке. Поэтому о своём детстве Ека­терина вспоминает без прису­щей большинству из нас слад­кой ностальгии.

— Очень трудно было пер­вое время, — вспоминает Катя. — Представьте второклассницу, которая видит своих родителей исключительно по выходным, и то не каждую неделю. Ску­чала неимоверно, пока не при­выкла. К тому же в интернате я была самая маленькая, меня то и дело кто-то старался обидеть. Но это, может, и к лучшему. Я научилась не только за себя по­стоять, но к пятому классу уже осознавала, что свои пробле­мы должна решать сама и ни­кто другой.

Стандартное лечение види­мых результатов не дало. На- оборот, с каждым годом стано­вилось всё хуже. Когда сколиоз у Екатерины достиг наибольшей 4-й степени, светило из Минска, осмотрев девочку, прописал ей жёсткий корсет. Гипсовый.

— Врагу не пожелаешь тако­го лечения. Или мучения, — с горькой улыбкой поправляет се­бя Екатерина Храпунова. — Это же не неделю, не месяц, а пол­года ходить в гипсовом панцире на теле. Всё тело зудело и чеса­лось, помыться толком было не­возможно. Но это ещё полбеды. Хуже всего, что в таком одеянии никуда не выйдешь за террито­рию интерната, особенно ле­том. А ведь я уже подростком была, мне и на дискотеки хо­телось, и на пляж, и в парк на качели-карусели. Ничего этого в моём детстве не было.

Настоящим счастьем посчи­тала, когда гипсовый корсет мне заменили на пластиковый. То­же, конечно, не ахти, затягивать его надо было так, что иногда в обморок падала. Но этот корсет хоть снимать можно было и бла­женствовать в душе.

Все эти вынужденно варварские методики не дали положитель­ного результата. После конси­лиума врачи пришли к одно­значному мнению — девочке срочно нужна операция. К то­му времени Кате уже исполни­лось 16 лет.

— Суть операции заклю­чалась в том, что мне должны были поставить в позвоночник специальные пластины, чтобы усилить его. Они крепились на шести металлических болтах толщиной с указательный па­лец. Операция была не просто сложной, а очень рискованной. Ведь мой организм был осла­блен долгим лечением, и ни­кто не мог дать гарантии, что всё пройдёт успешно. Так оно потом и произошло: во время операции у меня поочередно то сердце останавливалось, то почки отказывались работать, то печень. Но выдюжила, спа­сибо врачам. Помню, когда мне обо всём рассказали, подумала: значит, надо жить, раз Бог меня сохранил.

Увы, но и пластины оказа­лись бессильны. Наоборот, шу­тит Екатерина, ослабленный по­звоночник победил, сломав ме­таллические крепления. После этого медики решились на край­нюю меру — удалили девуш­ке четыре ребра. Не помогло и это. После месяца, проведённо­го в больнице, Катя как приго­вор услышала врачебный вер­дикт: живи, как есть.

Она и зажила. Девять классов окончила в интернате, двенадца­тилетку в вечерней школе. Там же получила удостоверение па­рикмахера, о профессии которо­го мечтала всю жизнь. Но для того, чтобы работать по специ­альности, корочки школьного УПК оказалось недостаточно, нужно было иметь диплом. Ка­тя решила подать документы в ПТУ бытового обслуживания. Но там их даже отказались при­нимать. Нет, не из-за оценок. Училась Катя вполне сносно, хотя отличницей никогда и не была. Свой отказ члены приём­ной комиссии аргументировали тем, что парикмахеру приходит­ся много времени проводить на ногах. И Кате с её диагнозом та­кие нагрузки не под силу.

— Получается, без меня меня женили. Расстроилась, конеч­но. Знаете, не очень легко рас­ставаться с мечтой, тем более одной из более-менее реальных. Погоревала, но жить как-то на­до было. Поэтому устроилась в клуб юных моряков и речни­ков уборщицей. Пять лет отра­ботала в этой «сидячей» долж­ности. Когда туда пришёл но­вый директор, пришлось уво­литься. Как говорится, не при­шлась ко двору.

Благо к тому времени у меня уже появился мужчина, Саша, с которым мы жили гражданским браком. Он работал на заводе имени Кирова строгальщиком и в те времена прилично зара­батывал. По сути, на его зарпла­ту мы и жили. Казалось, жизнь налаживается и все мои пробле­мы позади. А когда в 2009 году я забеременела, надежды, что все испытания закончились, вспых­нули в душе с новой силой. Не пугали даже предупреждения врачей, что рожать мне катего­рически нельзя, что ребёнок мо­жет родиться слабым, а то и во­все неполноценным. Я так хоте­ла стать матерью! Но…

Очередной удар судь­бы не заставил себя ждать: на 23-й неделе плод перестал подавать призна­ки жизни. Даже сейчас, по про­шествии стольких лет, Екатери­на не может сдержать слёзы, го­воря о тех чёрных днях. Именно тогда у неё, всегда такой стой­кой перед бедами, впервые слу­чилась истерика.

— Потерю первого ребён­ка я переживала очень тяже­ло. Всё понять пыталась, чем Бога прогневила, что посыла­ет одно испытание за другим? Замкнулась, стала необщитель­ная, иногда начинала психовать без повода. Возможно, и это как-то повлияло на то, что Са­ша стал отдаляться, чаще при­кладываться к рюмке. Он ведь тоже потерю нашего ребёнка по-своему переживал.

Самое ужасное, что я на вре­мя потеряла интерес к жизни. Даже решила для себя, что ни­когда больше не отважусь на бе­ременность. Судьба, видно, та­кая, оправдывала я себя. Но вер­но мудрые люди говорят: никог­да не говори «никогда».

Именно тогда совместная жизнь с Александром дала тре­щину. Супруги стали чаще ссо­риться, бывало, даже расходи­лись на время. Но всякий раз понимали, что друг без друга не могут. Как вспоминает Екатери­на, тот период её многому нау­чил. Главное, она поняла, что надо уметь прощать, особен­но дорогих тебе людей. И когда однажды Екатерина почувство­вала, что носит под сердцем ре­бёнка, оба однозначно решили: несмотря ни на что рожать.

Вторая беременность проходила гораздо труднее первой. Прак­тически все месяцы до родов Екатерина кочевала по больни­цам. Когда же срок стал прибли­жаться к роковым для неё ше­сти месяцам, гомельские врачи признали своё бессилие и сроч­но отправили её к столичным специалистам. Арсений (это имя родители выбрали ещё до того, как Катя родила) появил­ся на свет шестимесячным. Ве­сил всего 670 граммов, росточ­ку был 33 см.

— Естественно, его сразу же от меня изолировали. И пред­упредили — ближайшие пять дней будут решающими. Вра­чи не стали скрывать и того, что мальчик с огромной вероят­ностью на всю жизнь останет­ся инвалидом. Во всяком слу­чае, отставание в развитии у не­го уже тогда диагностировали. Не помню, говорил ли кто-то это в открытую, но намёки на то, что надо одуматься и прямо в роддоме отказаться от ребён­ка, были.

Но как можно отказаться от своей кровинушки, от того, кого столько ждала?! Каким бы он ни был, но это её сын. Самый кра­сивый, самый нежный, самый любимый. Видно, Арсений на расстоянии почувствовал, на­сколько он желанен, и на ше­стой день мать к нему пустили.

— Боже, какой он был кро­хотный! Тельце, казалось, све­тилось насквозь, были видны все рёбрышки, каждая жилоч­ка. Его ладошка была величи­ной с большой палец моей ру­ки, а подгузник-нулёвка застё­гивался едва ли не на шее. Уви­дев Арсения, я разрыдалась. Врачи бросились ко мне, пы­тались успокоить, а я плака­ла и сквозь слёзы улыбалась. Не поверите, но это было впер­вые в жизни, когда я плакала от счастья. Я действительно была очень счастлива и горда собой.

Вскоре Катю выписали и отправили домой, а Арсений остался в больнице. Врачи ска­зали, до тех пор, пока не набе­рёт нужный вес и не окрепнет. Начались челночные поездки молодых родителей по маршру­ту Гомель — Минск и обратно. Ездили в столицу по несколь­ку раз в месяц: возили подгуз­ники, детское питание, предме­ты гигиены.

Когда Арсению было во­семь месяцев, родите­лям впервые разреши­ли до него дотронуться.

— У меня руки ходуном хо­дили от волнения. Но когда я прикоснулась к этому малень­кому беззащитному тельцу, ме­ня словно током ударило. Я по­няла: что бы ни случилось, мы всегда будем вместе. У меня словно второе дыхание откры­лось, я чётко осознала, для че­го и кого живу.

Из Минска Арсюшу прями­ком направили в Гомельскую областную детскую больницу. Здесь Екатерина уже всегда бы­ла рядом с ним. Очень быстро он приучился пить из бутылоч­ки, хотя все месяцы в кювезе находился на принудительном питании. Неизвестно ещё, кому труднее первое время приходи­лось. И для мамы, и для него всё было, как в песне поётся, «впер­вые и вновь». Но они очень бы­стро нашли взаимопонимание.

— Это счастье не передать словами: сидишь на кровати, у тебя на руках твой сынок бу­тылочку сосёт, губками прич­мокивает, а ты гладишь его по нежной коже. Что это, как не награда за все перенесённые страдания?

Правда, недолгой была эта передышка. Болезни на Арсе­ния посыпались как из рога изо­билия. Медицинская карта ре­бёнка пухла как на дрожжах. К уже поставленному диагно­зу «задержка психического раз­вития» добавилось резкое ухуд­шение сначала зрения, потом и слуха. А вскоре у Арсения был установлен ДЦП — детский це­ребральный паралич.

— Не просто, конечно, с ним, — не скрывает нынешнего по­ложения мать. — В свои два с лишним года Арсюша не может сидеть, тем более ходить. При­ходится всё время держать его на руках. Плохо ещё и то, что днём, в отличие от других де­тей, Арсений никогда не спит. Это, конечно, утомляет. Зато ма­лыш может говорить «мама» и «папа», чему я очень рада.

Сегодня Екатерина живёт в трёхкомнатной квартире своей бабушки Любови Ковалёвой, которая очень помогает ей в хлопотах с ребёнком. А вот папу Арсений практически не видел. Как, собственно, и он его. Че­рез какое-то время после рож­дения сына Александр за совер­шённое по пьянке преступле­ние на три года угодил в места не столь отдалённые. Мужни­ны неприятности тоже добави­ли Екатерине немало седых во­лос. Однако от родного челове­ка она не отказалась. Не в её ха­рактере. Наоборот, ждёт его не дождётся. И верит, что всё в их жизни будет хорошо.

Александр Евсеенко, фото Вячеслава Коломийца, «Советский район».

Перепечатка материалов «Советского района» возможна только с письменного разрешения редакции. Подробности тут.


30-11-2016

Заметили ошибку? Выделите текст, нажмите Ctrl+Enter и оставьте замечание!

Комментарий (Максимум 1000 символов)

Вопрос: Сколько лет в веке? (ответ числом)

Вы знаете что-то интересное или важное и готовы этим поделиться?
Обязательно свяжитесь с нами, это очень просто!

Выберите удобный способ для связи или напрямую отправьте сообщение в редакцию через форму на этой странице.

Govorim.by

vk.com/govorimby

Внимание! Новости рекламного характера публикуются по предварительной договорённости. Подробнее цены на размещение рекламы смотрите здесь

Нужна ли Гомелю велосипедная инфраструктура, как в европейских городах?

Новости Гомеля

В Гомеле на пожаре погиб мужчина, его 90-летнюю мать удалось спасти

Хотите узнать больше? На проспекте Октября в минувшие выходные произошёл пожар, на котром погиб 62-летний мужчина. Его 90-летнюю мать удалось спасти, но она оказалась в 48

70-летний гомельчанин попал под машину возле администрации Советского района

Хотите узнать больше? Вчера вечером возле администрации Советского района автомобиль сбил 70-летнего пешехода. Вчера вечером возле администрации Советского района 65

Кому-то очень выгодно, чтобы конфликт вокруг Светлогорского ЦКК полыхал

Хотите узнать больше? На Светлогорском целлюлозно-картонном комбинате организовали встречу для представителей трех инициативных групп, общественности и СМИ, чтобы прямо 96

Молочный биатлон и фотозоны: как праздновали День города на Любенском озере

Хотите узнать больше? Празднование главного городского праздника в Советском районе традиционно прошло на набережной Любенского озера. Учитывая проходящий в эти дни 86

Лучшую молодую семью выбрали в Гомельском районе

Хотите узнать больше? Участие в состязании, проходившем в Урицком центре культуры и досуга, приняли три семьи. 88

На Гомельском радиозаводе рабочий повредил руку

Хотите узнать больше? Как сообщили на предприятии, ЧП произошло вчера, 13 сентября, когда рабочий 1993 года рождения трудился на лентопильном станке. В результате у 131

О состоянии питьевого водоснабжения населения г. Гомеля

Хотите узнать больше? Обеспечение безопасности питьевой воды является одним и приоритетов в сохранении и укреплении здоровья населения. Поэтому контроль за водоснабжением 184

В День города у Любенского озера развернётся «молочный» биатлон

Хотите узнать больше? В Советском районе День города отпразднуют в суббо­ту у Любенского озера. Впер­вые здесь пройдёт биатлон-шоу «Гомельские снайперы». Старт 187