Закрыть

Выберите свой город

Закрыть

Эксперт: Беларусь демонстрирует непонятную скупость при финансировании образования

Эксперт: Беларусь демонстрирует непонятную скупость при финансировании образования

Почему заказчики не могут оспорить качество образовательных услуг, преподаватели не хотят реформ, а власти на них экономят — об «окне возможностей» для белорусской высшей школы член Общественного Болонского комитета, профессор философии Владимир Дунаев.

– Среди шести приоритетов, которые изначально определил Форум политической оппозиции и гражданского общества, были и создание зоны свободной торговли со странами ЕС, и реформы пенсионного, избирательного законодательства, системы ЖКХ. Однако Форум выбрал два – реформа системы образования и медиасферы. Над ними эксперты проекта «Рефорум» будут работать в течение ближайшего года. Почему реформа образования стала самой актуальной?

– Кроме актуальности, есть еще один важный фактор, на который и опирался Форум, делая выбор. А именно — насколько реалистично сегодня ожидать определенных шагов по реформированию той или иной сферы?

Я считаю, что выбор сделан правильный. И потому, что система образования – очень важна для общества. И потому, что сегодня есть так называемое «окно возможностей», чтобы начинать ее реформировать.

Есть мотивация начинать реформы. Это связано с очередной попыткой Беларуси вступить в Болонский процесс – решение будет приниматься в начале 2015 года. А представление Национального доклада с пояснениями, в какой степени страна готова принять европейские ценности и цели политики в сфере высшего образования, назначено на конец ноября. Эти процессы должны мотивировать государство привести белорусскую систему высшего образования в соответствие с европейскими нормами, хотя бы на уровне законодательства.

К концу года Палата представителей Национального собрания должна рассмотреть новую редакцию Кодекса об образовании. Есть предложения Минобразования, но они во многом не отвечают даже тем ожиданиям, которые на них возлагала часть чиновников и вполне лояльных представителей государственных ВУЗов. Здесь тоже есть возможность попытаться максимально модернизировать эти предложения с помощью европейских экспертов.

– Насколько реально успеть подготовить детализированную концепцию реформ системы образования к концу года? К моменту обсуждения Кодекса депутатами и представлению Национального доклада министром образования стран-участниц Болонского процесса?

– Успеть реально, ведь работа ведется не на пустом месте. Многое уже было сделано Общественным Болонским комитетом, координационно-консультативным советом организаций, представляющих основных стейкхолдеров системы образования – прежде всего это представители гражданского общества. В конце прошлого года была предложена наша редакция Кодекса об образовании, максимально отвечающая европейским трендам развития образования.

– Вы говорите об «окне возможностей» - но насколько государство заинтересовано сегодня в том, чтобы провести настоящие, а не косметические реформы?

– Даже удачный принятый закон – еще не реальная модернизация. Пока наша система образования совершенно безнаказанно игнорирует даже те положения и нормативы, которые есть сегодня. Переоценивать роль реформы законодательства не стоит. Но и без реформы законодательной базы рассчитывать на реальную модернизацию нельзя.

Теперь о государстве. Тут бы я вообще отказался от использования этого слова в единственном числе. Государство неоднородно. И в этой неоднородности есть и позитивные, и негативные стороны. Прошедшая в начале декабря прошлого года парламентская дискуссия о реформах образовательного законодательства показала, что у представителей многих ветвей власти есть запрос на правильный, с нашей точки зрения, тренд. Например, была озвучена необходимость децентрализации образования. Есть понимание, что созданный механизм образовательной политики контрпродуктивен. И ведет к кричащим диспропорциям – например, к неэффективности системы финансирования образования. Даже представители власти уже говорят о проблемах открыто. Об этом, в частности, говорил вице-премьер Анатолий Тозик. Да и автор формулы самобытности белорусской системы образования Анатолий Рубинов, заявивший в 2008 году что «что немцу хорошо, белорусу – смерть», вынужден констатировать, что мы идем куда-то не туда.

Разработка образовательной политики не может осуществляться с помощью гиперцентрализации. Тогда вообще теряется возможность управления этой сферой.

Так что потребность в реформах назрела.

— Чего именно Форум политической оппозиции и гражданского общества ждет от проекта «Рефорум»? Форум – заказчик, эксперты – исполнители. Какой уровень работы устроит заказчика?

– Не буду говорить за всех участников Форума. Мое мнение — здесь важна интернационализация экспертизы, опора на европейский опыт. Основная наша задача – не породить еще один проект реформ, а добиться реальных изменений. Важна не только экспертиза, но и адвокатирование этих предложений. Власть скорее услышит рекомендации от иностранных специалистов, чем от представителей своего гражданского общества. Так уж устроен слуховой аппарат нашей власти. Возможно, предложения, если они будут исходить от европейских экспертов, покажутся ей более убедительными и менее политизированными.

– Понятно, что системе образования необходимы законодательные изменения. Можно, видимо, прописать в законе те же академические свободы. И даже выполнять эти нормы на практике. Однако решит ли это проблемы белорусского образования? Возможно, они глубже, чем просто свобода или несвобода?

– Конечно, проблемы глубже. Но и без имплементации подобного рода норм ничего не изменится. Даже в позднесоветскую эпоху – не будем ее идеализировать, – законодательная база системы образования была более либеральной. Эту систему Беларусь получила в наследство от СССР. И как она ей воспользовалась?

Еще раз повторюсь – без законодательных изменений реформы неосуществимы. Даже если появляется группа реформаторов, готовых осуществить перемены, им нужна законодательная база. Начинать нужно с этого. Наряду с законодательными изменениями нужно думать и о перестройке академической культуры, ориентации на европейские императивы. Но пока важно обозначить добрые намерения.

— Для реформы нужны средства. Пока учителя и университетские преподаватели получают копейки, не будет престижа профессии, притока талантливых специалистов. Не будет хороших учителей в школах – не будет подготовленных студентов. Не будет высокого уровня преподавателей в ВУЗах – не будет специалистов. А в ВУЗы, несмотря на все прописанные в законе академические свободы, будут поступать те же троечники. И талантливых преподавателей из них не выйдет. Круг замкнулся.

– Давайте не будем забывать о том, что Беларусь здесь не является первопроходцем. И не решает проблем, которых никто никогда не решал. Это общая проблема для всех. И тот же Болонский процесс в высшем образовании – это, в первую очередь, коллективный поиск ответов на такие вопросы. Например, на проблему качества образования в условиях его массовости. Наши ожидания от высшего образования до сих пор связаны с индустриальной эпохой. И мы забываем, что живем в эпоху постиндустриальную. Что это значит? То, что в середине XX века высшее образование получали 10% молодежи. А сегодня - 85%. Понятно, что это совершенно разные возможности. И то, что если у нас так увеличилось количество студентов, то и количество преподавателей должно было возрасти. А где система их селекции? Преподавателей надо откуда-то брать. И это не только финансовая проблема – количество талантливых людей тоже ограничено. В 60-е годы прошлого века в Беларуси было 60 тысяч студентов, а сейчас – 430 тысяч. Рост огромный. И ожидать, что полмиллиона можно обучить так же, как 60 тысяч, не приходится.

Надо понимать – каких целей мы можем достичь, а каких – нет. Та же Болонская система построена на трех ступенях. Первая - бакалавриат. А затем идет селекция. И если брать среднее количество магистрантов в развитых странах – то это порядка 15 процентов. В нашем случае – это и будут те же самые 60 тысяч. Это те, кто сможет продемонстрировать успехи на отобранных программах. Далее идут докторские программы – это уже подготовка ученых, еще более высокий уровень квалификации. А у нас на магистерской ступени в прошлом году занимались 1,5% студентов. 15% и 1,5% — есть разница? Беларусь демонстрирует деградацию профессионализма.

Без серьезных инвестиций тут действительно мало что можно сделать. Однако в том, что касается высшего образования, Беларусь демонстрирует непонятную скупость. Стоимость одного студенческого места в Беларуси – порядка 2 тыс. долларов в год. В среднем в развитых странах – порядка 14 тыс. долларов. Причем это с учетом паритета покупательской способности.

И еще цифры – в развитых странах на обучение студента тратится 45% доли ВВП на душу населения, а у нас только 15%. А наш ВВП и ВВП развитых стран тоже несопоставим.

Плюс мы неэффективно используем даже те средства, которые у нас есть. На все это наслаивается непрозрачность – скажем, те, кто платит за обучение, не знают – на что идут их деньги.

Добавим сюда еще одну архиважную составляющую – систему академических ценностей. Если это такие вот «самобытные» ценности, которые превращают образование в сталинскую «шарашку», то говорить о качестве не приходится. Академические свободы – это инструмент, который повышает эффективность высшего образования и исследований.

Так что пока мы научились только эффективно уклоняться от международных методик оценки качества. Ни в одной такой программе Беларусь не участвует. И пока утешает себя некими собственными фантастическими цифрами своих успехов.

– Однако в реформе системы образования есть еще учителя, преподаватели ВУЗов, профессура. На них эта реформа тоже направлена. В этой среде есть спрос на реформы? Или хотя бы понимание их необходимости?

– Реформа направлена не на них, а на студентов, их родителей, на работодателей.

– Ну, им, по крайней мере, так или иначе, предстоит принимать в ней деятельное участие. И они могут стать жертвами этой реформы.

– Рано или поздно они все равно станут жертвами. Но что важно – когда мы говорим о реформах, мы говорим, в первую очередь, об изменении масштабов общественного участия. Важно, чтобы стейкхолдеры получили реальный доступ к управлению, чтобы их голос слышали преподаватели. Сегодня преподаватель совершенно независим от запросов работодателя. Преподаватель зависит только от собственного начальства. И начальству, а не студентам, их родителям, работодателям он и будет угождать. Но ведь не начальство является потребителем услуги под названием «образование».

Почему заказчики не могут оспорить качество этой услуги, тем более что наше образование все больше коммерциализируется?

Хотят ли реформ преподаватели? Это сложный вопрос, ведь наши преподаватели бесправны и у них нет никаких инструментов, чтобы выражать свое мнение. Советы в наших учреждениях образования бесправны. Непонятно даже, как действуют механизмы их формирования. У преподавателя нет гарантий того, что, если он будет чего-то хотеть, контракт с ним не расторгнут досрочно. Так что все решает произвол начальства. А преподавателю ничего не остается, кроме как угождать. К чему могут быть готовы такие подневольные люди?

Это и есть разрушение академической культуры. Современный белорусский тренд, который абсолютно противоположен мировому. И говорить о том, что мы соответствуем Болонскому процессу, пока не приходится. Поэтому нам так необходимы реформы.


Материал с сайта zautra.by

 

Заметили ошибку? Выделите текст, нажмите Ctrl+Enter и оставьте замечание!

Комментарий (Максимум 1000 символов)

Вопрос: Сколько лет в веке? (ответ числом)

Вы знаете что-то интересное или важное и готовы этим поделиться?
Обязательно свяжитесь с нами, это очень просто!

Выберите удобный способ для связи или напрямую отправьте сообщение в редакцию через форму на этой странице.

Govorim.by

vk.com/govorimby

Внимание! Новости рекламного характера публикуются по предварительной договорённости. Подробнее цены на размещение рекламы смотрите здесь

Хотите сэкономить 30% на изготовлении кухни или шкафа-купе?

Новости Бреста

В стране усилят контроль за своевременным прохождением техосмотра

Хотите узнать больше? Госавтоинспекция, Транспортная инспекция и УП «Белтехосмотр» Министерства транспорта и коммуникаций с 21 по 30 ноября проведут республиканскую 327

Площадка на Орловской после строительства «Тонуса» превратилась в зону отчуждения

Хотите узнать больше? В августе в микрорайоне Восток открылся спальный корпус областного центра медицинской реабилитации «Тонус». Казалось бы, от такого события должны 301

Не прошел техосмотр - автомобиль на штрафстоянку?

Хотите узнать больше? Министерство транспорта и коммуникаций Беларуси рассмотрит вопрос ужесточения санкций за непройденный техосмотр по опыту Российской Федерации. 1 811

Польша стала пропускать через Тересполь вдвое меньше искателей убежища, чем раньше

Хотите узнать больше? Тем не менее осевшие в Бресте тысячи чеченцев попытки попасть в Евросоюз не прекращают. Что в такой ситуации могут делать брестчане: терпеть, 147

Александр Лукашенко опять заговорил о средней зарплате в $500

Хотите узнать больше? Президент Беларуси во время рабочей поездки в Могилевскую область поручил в следующем году вернуть среднюю зарплату по стране на уровень $500. С 128

МНС Беларуси озвучило первые итоги действия декрета о тунеядстве

Хотите узнать больше? Согласно декрету президента Беларуси «О предупреждении социального иждивенчества», 15 ноября истек срок уплаты налога на тунеядство. Впрочем, 2 116

«Брестской газете» - 14 лет!

Хотите узнать больше? В пятницу 18 ноября «БГ» отмечает 14-летие. По этому случаю мы решили провести краткий экскурс в историю газеты и полистать некоторые околоюбилейные 91

Карэспандэнтаў «БГ» адзначылі на конкурсе рэгіянальнай прэсы

Хотите узнать больше? Асацыяцыя выдаўцоў рэгіянальнай прэсы Беларусі падсумавала вынікі конкурса «Найлепшая рэгіянальная газета 2016 года». У конкурсе ўдзельнічалі 12 93